Певец печального образа

Дмитрий М. Эпштейн

Он – один из тех легенд, которые таковыми себя не признают. Легенда – это то, что уже в прошлом. А если артист, разменяв восьмой десяток, по-прежнему выступает, какая же он легенда? Живая легенда. Такая, как Бобби Бланд. Бобби Бланд по прозвищу Блю – Печальный.

Даже понятия не имея о Бобби, многие слышали по крайней мере одну из его песен – по крайней мере одну из них в исполнении Whitesnake часто включают во всевозможные сборниках баллад. “Ain’t No Love In The Heart Of The City”, “Нет любви в сердце города” – уже одна эта фраза выдает происхождение Бланда. Да, он – яркий представитель южного, сельского блюза. Би Би Кинг назвал Бобби своим любимым певцом и пояснил: “Он может спеть все, что угодно, но блюзу этим роскошным бархатным голосом он придает нечто, ранее не свойственное. Бобби возвеличивает блюз”. Кто бы мог подумать?

Похвала тем более удивительна, что слушать блюз в детстве Бланду запрещалось строго-настрого. Как и любую другую светскую музыку – религиозные родители настаивали на том, чтобы мальчик пел исключительно спиричуэлс и госпел. Но тридцатые подходили к концу – а Бобби родился 27 января 1930 года, – и радиоволны даже по самым пуританским домам разносили голоса Слепого Лемона Джефферсона и Тони Беннета, Большого Джо Тернера и Нэта Коула. Правда, к динамику приходилось приникать исключительно по ночам, когда все спали. А ведь ночью эта музыка еще более соблазнительна! Собственно, влияние, оказанное на будущего артиста духовным пением, тоже преуменьшать нельзя – тем паче, что церковным хором руководил преподобный Франклин, одну из дочерей которого звали Ареттой.

Возможно, не переедь семейство Бландов в Мемфис, баритон Бобби слушали бы только прихожане и рабочие-хлопкоробы, однако в 1947-м юноша не смог устоять перед яркими огнями Биль-стрит. Большая часть денег, заработанных парковкой машин в гостинице, уходила на посещение клубов, в одном из которых никому пока еще не известный Руфус Томас проводил по средам музыкальный конкурс. Участие стоило доллар, а победителю вручались пять “зеленых”. Помаленьку определились фавориты: Бобби в певческой категории – только он смог справиться с написанной Руфусом “New Kinda Lovin'” – и Би Би в инструментальной. А Бланд определился в том, что ему лучше петь блюз, нежели госпел, – на этом настояли друзья по недолговечной группе Beale Streeters. Друзья, имена которых сегодня внесены в Зал славы блюза, – Джонни Эйс, Роско Гордон, Эрл Форест и Джуниор Паркер. Название коллективу придумал Джеймс Матис, в 1952 году основавший фирму грамзаписи Duke и приютивший на ней большинство своих приятелей. В том числе и Бобби – он дебютировал с синглом “I.O.U. Blues”.

Впрочем, ни пластинка, ни выступления особых денег не приносили, так что парень устроился к Кингу и Гордону шофером, хотя в скоротечности этого занятия не сомневался никто. Когда как-то раз Бланд запел за рулем по дороге на концерт, Роско не выдержал и по прибытии на место отправил Бобби на сцену, а сам уселся играть в кости. Никто про него и не вспомнил. Зато как только Бланд нарезал “Army Blues”, про него вспомнили на призывном участке, и артист на два с половиной года отбыл исполнять воинский долг – сперва в Южной Каролине, затем – на острове Хоккайдо. За это время произошли два важных события: во-первых, фирма Duke перешла во владение антрепренера Дона Роби, во-вторых, Джонни Эйс, призовая лошадка компании, застрелился. Посему после демобилизации Бобби предстал перед Роби весьма опечаленным, за что и получил свое прозвище.

Он прибыл в распоряжение нового босса, ибо тот щедро выделил четырнадцать долларов на проезд – отличный способ заполучить на службу потенциальную суперзвезду. Следует признать, что Роби прикладывал все усилия, дабы его подчиненные достигали подобного статуса, – пусть даже платил и сущую мелочь и зачастую указывал себя в качестве соавтора песен. Поставив на Бланда, импресарио не прогадал – в ритм-энд-блюзовый хит-парад за полувековую деятельность Печального Бобби попали шестьдесят с лишним его произведений, из которых добрались до вершины три: “Farther Up The Road” (позже переигранная Эриком Клэптоном), “I Pity The Fool” и “That’s The Way Love Is” – причем последняя пластинка разошлась тиражом свыше миллиона экземпляров. Тут уж на творчество Бланда не обратить внимания было просто невозможно.

Он же в шестидесятых стал смещаться к тому, что некоторое время спустя нарекли соулом – пожалуй, именно к этому стилю можно отнести “Who Will The Next Fool Be”, знаменитую “St. James Infirmary” и позаимствованную у певца Дженис Джоплин “Little Boy Blue”. Альбом Бобби 1961 года обозначил это смещение прямо в названии, “Two Steps From The Blues”, хотя, по замечанию самого артиста, что такое соул, ему неведомо: “Я пою так, как чувствую. Тебе может быть больно, ты можешь быть счастлив – я не знаю, как это назвать”. Зато он знал, как это исполнить. Знал, как выплеснуть печаль от невозможности остановиться на гастролях в гостинице, – черным это не дозволялось, от необходимости ездить исключительно в задней части автобуса – спереди сидели белые. Именно здесь брала начала боль, бьющая из “Ain’t No Love” и “Cry, Cry, Cry”.

Компании Duke Бланд отдал двадцать лет жизни, производя на свет один хит за другим, однако понемногу качество материала и аранжировок стало падать, и в 1973-м фирма была куплена концерном АВС. В основном ради Бобби, которого решили осовременить и выдвинуть в первый ряд провозвестников негритянского достоинства. Уже первые пластинки, “His California Album” и “Dreamer”, доказали, что и новые течения певцу по плечу. Тем не менее, в эпоху молодых и красивых претендовать на былую популярность он не мог – пусть даже концерты и пользовались огромным успехом и тираж каждой из пластинок не опускался ниже отметки в сто тысяч копий. Диск 1989 года “Midnight Run” и вовсе приобрели никак не менее трехсот тысяч поклонников.

Заслуги Бобби были отмечены неоднократно: в 1992-м он был включен в списки Зала Славы рок-н-ролла и удостоен награды Ассоциации ритм-энд-блюза, в 1997-м ветерана наградили премией “Grammy”, а годом позже присудили почетную награду Ассоциации блюза. Так что жалеет он только об одном – о том. что так и не освоил гитару, чтобы сравняться со своим другом Би Би.

“Всю жизнь меня окружает печаль – как и большинство черных. Только ты пытаешься совершить нечто, способное сделать тебя счастливым, всегда находится тот, кто тебе помешает. Этого никогда не понимали плантаторы, считая, что если у тебя находятся силы петь, значит, ты работаешь не в полную силу. Но именно в работе на хлопковых полях мы находили ритм, мы пели церковные гимны – и добирались до конца ряда, сами того не замечая. И начинали сначала”. Не здесь ли кроется секрет творческого долголетия Бобби Бланда?

Leave a Reply

Your email address will not be published.