Сама простота

Дмитрий М. Эпштейн

Даже странно, что имя этого человека не на слуху, – хотя слышали о нем на самом деле многие. По крайней мере те, кто любит The Beatles, наверняка. Потому что без Лонни Донегана, доказавшего, что секрет успеха кроется в простоте, британского музыкального бума шестидесятых не было бы. А значит, сегодня мир звучал бы совершенно иначе.

Ливерпульский коллектив The Quarry Men рок-н-ролл не играл – а когда заиграл, то сменил название на The Beatles. Изначально группа Джона Леннона исполняла музыку в стиле скиффл – потому что эта музыка была по силам каждому. Одна стиральная доска в качестве инструмента чего стоила! То есть стать музыкантом не стоило ничего. То есть это было совсем просто – для этого не было нужды жить в далекой Америке и выглядеть так великолепно, как Элвис. Собственно, о Пресли английские подростки тогда еще толком и не слышали. Их кумиром был Лонни Донеган.

Точнее, его звали не Лонни. Донегана звали Энтони Джеймс. Тони Донеган появился на свет в Глазго в 1931 году и не стать музыкантом просто не мог. Во-первых, по отцу он был ирландцем, а во-вторых, его отец и сам был музыкантом. Классическим скрипачом – и классическим неудачником, не способным найти работу. Но если работы нет в Шотландии, из этого вовсе не следует, что ее нет и в Лондоне. Туда-то семейство Донеганов и отправилось. Тони, правда, особого пристрастия к классике не питал – он увлекался новоорлеанским джазом, а когда Би-Би-Си начало понемножку передавать и сельский блюз, парень стал большим экспертом в области американской народной музыки – пожалуй, самым большим экспертом во всей Британии.

Разумеется, он играл и сам – на банджо, и вовсе неудивительно, что никому еще в конце сороковых не известный Крис Барбер пригласил семнадцатилетнего Донегана присоединиться к своему любительскому ансамблю. Только продержался там Тони недолго – не по своей, однако, прихоти: его призвали в армию. И слава Богу! Потому что в Вене он смог слушать радиостанцию, вещавшую на военные базы союзников, и услышать песни Вуди Гатри. Песни пыльных дорог, блестящих рельсов и нелегкой жизни. Впрочем, поначалу практического применения им Донеган не нашел и в 1950-м, демобилизовавшись, вошел в состав джазового коллектива Билла Бранскилла, у которого чуть позже перенял бразды правления, чтобы стать во главе теперь уже The Tony Donegan Jazz Band. В то время британским джазовым составам приходилось нелегко, поскольку местная публика хотела видеть артистов из-за океана, а Союз музыкантов требовал, чтобы американские команды зарабатывали в Англии столько же, сколько английские коллективы зарабатывали в Америке. Соответственно, гостей из Штатов прибывало немного, и британцы попадали в США нечасто.

К счастью, находились люди, готовые пойти в обход правил и рискнуть. Такими вот рисковыми ребятами были организаторы концерта Ралфа Саттона и Лонни Джонсона в “Алберт-холле”. 28 июня 1952 года поклонники джаза заполнили вместительный зал под завязку, хотя Союз музыкантов грозился отменить мероприятие и британские участники представления отказались выступать. Ну и ладно – вместо популярных, но трусливых, призваны были неизвестные, но смелые – и среди них Тони Донеган. Пользу от этого парень поимел двойную. О нем узнали – это раз, и конферансье, представляя его, оговорился – это два. Оговорился – в смысле, перепутал имена,и вместо “Лонни Джонсон и Тони Донеган” сказал: “Тони Джонсон и Лонни Донеган”. С тех пор о Тони Донегане никто не слышал – все знали только Лонни Донегана.

Довольно скоро Лонни снова оказался в компании Криса Барбера – на этот раз о любительстве речи не велось, ибо оба уже стали профессионалами. И оба желали создать самый крутой в Англии джазовый ансамбль. То, что Барбер и Донеган создали с помощью Пэта Хэлкокса и Монти Саншайна, было не только крутым ансамблем, то была первая джазовая супергруппа в Великобритании – ведь каждый из музыкантов был известен и по отдельности. Несмотря на оглушительный успех начинания, Хэлкокс покинул состав, и на его месте остальным виделся только один персонаж – трубач Кен Койлер. Кен считался знатоком как джаза, так и фолка и блюза, которые он исполнял, аккомпанируя себе на гитаре. Койлер по какому-то пустяку утюжил нары в Штатах, так что приятели уплатили залог и, организовав по прибытии Кена пресс-конференцию прямо в доках, объявили о рождении The Ken Colyer Jazzmen. Долгоиграющим предприятие не стало – слишком уж много лидер пил, и когда Койлер попытался уволить ритм-секцию, за дверями оказался он сам, оставив бывшим коллегам в наследство свои скиффловые номера.

Термин “скиффл” он привез из Америки, где этим словом именовали посиделки музыкантов-любителей. А The Chris Barber Jazz Band – так теперь назывался ансамбль – фолковые и блюзовые песни понадобились для того, чтобы заполнять ими промежутки между джазовыми импровизациями, давая себе отдохнуть и не давая публике отправиться в бар. Вот тут-то Лонни и вспомнил полюбившиеся ему в Австрии американские напевы. Больше всего ему по душе пришлась песня Ледбелли “Rock Island Line” – она вошла в альбом команды Барбера “New Orleans Joy” в 1954-м, но спустя два года была издана отдельно. За подписью The Lonnie Donegan Skiffle Group. В английском хит-параде эта композиция заняла восьмое место, да и по другую сторону Атлантики угодила в первую десятку, сделав Донегана звездой международного класса.

Лонни ушел из коллектива и стал искать возможность использовать свой новый статус, ибо при всем успехе особых денег на своей пластинке не заработал. Естественно, контракт был подписан быстро – и в том же 1956-м песня “Lost John”, несшая на себе отпечаток как фолка, так и джаза, взлетела в Британии на вторую позицию. Сплав двух стилей и определил то, что стало известно как скиффл по всему миру, поскольку американские выступления Донегана пользовались не меньшей популярностью, чем на родине артиста. Лонни выступал в одной программе с Чаком Берри и Джонни Бернеттом, участвовал в телешоу Перри Комо и разыгрывал сатирический скетч на пару с Рональдом Рейганом… А по возвращении домой Донеган совершил тихую революцию, предъявив меломанам ставший классическим состав рок-группы: соло-гитара, ритм-гитара, бас (тогда еще не гитара, а контрабас) и барабаны.

Состав рок-группы – хотя, опять-таки, настоящим роком музыку Лонни назвать нельзя было. Но ведущие гитаристы у него водились замечательные – одного из них звали Джимми Курри, и именно Курри помимо основных своих обязанностей стал переписывать для Донегана тексты песен. А присоединение своей фамилии к фамилии автора изначального варианта сочинения позволило Лонни получать неплохие гонорары, как и от другого трюка, от подписи “народная композиция в обработке Донегана”. Трюки трюками – только слушатели сходили с ума не них, а от заводной музыки. Особенно нравились эти песни подросткам – в частности, “Puttin’ On The Style”, точно уловившая настроение молодежи, готовой поконфликтовать с родителями. Родители же, в свою очередь, уловили в сочинениях Лонни иронию, направленную на младую поросль. Что же касается самого артиста, то в качестве своей аудитории рассматривал как раз таки взрослых, постепенно смягчая остроту стиля, и в 1958 году популярность скиффла сошла на нет.

Но простота стиля и его успех уже сделали свое дело – по всей Англии юноши собирались в группки и играли, играли, играли… А Донеган, несмотря на упреки борцов за чистоту народной музыки, держал марку и зачислял в свой актив хит за хитом. В 1958-м он возродил комедийный номер двадцатых годов “Does Your Chewing Gum Lose Its Flavour (On The Bedpost Overnight)”, в 1959-м вернул популярность песне “Battle Of New Orleans”, а после выхода чистого поп-сочинения “My Old Man’s A Dustman” обзавелся собственным телевизионным шоу “Putting On The Donegan”. Месяц, проведенный “Dustman” на вершине хит-парада, обеспечил Лонни успех в варьете на многие годы. Более того, в это время его пригласили в Америку и, предложив контракт с крупной фирмой Atlantic, обеспечили помощниками – авторами многих боевиков Пресли Джерри Лейбером и Майком Столлером. Но тут удача изменила музыканту – хиты иссякли. Вместо Донегана мир стал слушать выросшую на музыке Лонни группу из Ливерпуля.

Тем не менее, Лонни не сдавался – выступал, работал на телевидении, продюсировал других. О нем не забывали – и уже не забудут, хотя его имя и не на слуху: Донегана не стало 3 ноября 2002 года.

Leave a Reply

Your email address will not be published.